«БЕНТЛИ» ДЛЯ КОРЫТИНА

Владимир КорытинКОРЫТИН Владимир Владимирович
Родился 10 марта 1959 года в Иркутске. Нападающий. Мастер спорта (1979). Начал играть в 1971 году в Иркутске в детской команде «Локомотива», первый тренер В.М. Велединский. Выступал за «Локомотив» (Иркутск) – 1976–1978, 1981–1983; «Динамо» (Алма-Ата) – 1978–1981, «Вымпел» (Калининград) – 1986. В высшей лиге чемпионатов СССР провёл 141 матч, забил 111 мячей («Локомотив» – 65, 41; «Динамо» (А.-А.) – 74, 70; «Вымпел» – 2, 0). В розыгрышах Кубка СССР 9 матчей, 8 мячей («Локомотив» – 4, 4; «Вымпел» – 5, 4). В составе сборной СССР (1981) 4 матча, 2 мяча. Второй призёр чемпионатов СССР (1979, 1981). Второй призёр чемпионата мира (1981, 1 матч). Второй призёр чемпионата мира среди юниоров (1978). Обладатель рекорда результативности чемпионатов мира среди юниоров (13 мячей, 1978).
Физически крепкий, устойчивый на коньках, обладал высокой стартовой скоростью, смело действовал в единоборствах, владел сильным и прицельным ударом, успешно реализовывал стандартные положения. Преждевременно завершил спортивную карьеру из-за дисквалификации. Тренер «Металлурга» (Братск) – 2001/02, «Охты» (Всеволожск) – 2002/03. 
Живёт в Алматы (Казахстан).

...Один из последних августовских дней. Пронзительная синь неба, зелень, едва тронутая красно-жёлтыми намёками осени, мягкий шелест Ангары. Теплынь и благодать. Мы сидим на скамейке с Владимиром Владимировичем Корытиным, щуримся на солнце, разглядываем прогуливающиеся по набережной парочки, ребятню, гоняющую на роликах, и говорим «за жизнь». За «ту» жизнь, что была ещё в прошлом веке, ещё в хоккее, близком и понятном нам обоим. Как раз в такие августовские дни иркутский «Локомотив» отправлялся обычно на сборы…

В партийных газетах середины 70-х (а иных тогда попросту не существовало) журналисты не позволяли себе стилистических вольностей и восхищённых выражений типа «звёздный мальчик», «надежда иркутского хоккея», «суперфорвард» и тому подобное. Зато едва ли не в каждом отчёте мелькала фамилия молодого хоккеиста «Локомотива» – «Корытин забил», «Корытин прошёл», «Корытин обыграл»… А один из старых болельщиков той поры, категоричный и скупой на похвалу, сказал мне: «Вовка Корытин? О, это был игрочище!».
Он взлетел к своим спортивным высотам так внезапно и стремительно, что никто толком и не понял, что в Иркутске родился хоккейный талант. Попав в команду железнодорожников в 17 лет, вскоре он оказался в одном из сильнейших клубов страны – алма-атинском «Динамо», а в 22 уже дебютировал в составе сборной Советского Союза на чемпионате мира. Таких вундеркиндов в иркутском хоккее, пожалуй, больше не было – ни до того, ни после…
– Да какой там вундеркинд! – смеётся Корытин, – я был обыкновенным мальчишкой, который просто очень любил хоккей. Ну, может быть, чуть больше своих сверстников. Родился я в Глазково, недалеко от моста через Иркут. Когда мне было лет пять, мы получили квартиру на Кае. Вот там я и встал на коньки. Во дворе играл всё время со старшими ребятами – Толей Баженовым, Витькой Канакиным, Толей Кучеровым. Был я, понятное дело, и слабее их, и ниже ростом, но чего мне было не занимать, так это настырности, – не любил проигрывать. С детства усвоил: больно – терпи, бьют – давай сдачи, играешь – побеждай. Что интересно, играли-то мы в хоккей с шайбой, а не как все «сдвинутые» иркутские мальчишки – в мячик. Да и кумиры у нас были из шайбы – Старшинов, братья Майоровы, Фирсов…
Прямо из коробки меня и забрали в хоккей с мячом. Как-то подошёл дяденька, посмотрел, как мы возимся с шайбой, да и говорит: «Приходи ко мне на «Локомотив», будешь играть в настоящий хоккей!». Звали того дяденьку Вениамин Михайлович Велединский – это я потом узнал, когда пришёл к нему на тренировку. К слову, переход на «Локомотив» был сопряжён с определёнными трудностями: жил я в другом районе и, хотя приходил сюда на массовое катание, своё право на «чужую территорию» надо было отстаивать. Проще говоря, пришлось пару раз побуцкаться с местными пацанами. Но, главное, – хоккей с шайбой мне нравился всё-таки больше. И я до сих пор благодарен Велединскому за то, что он сагитировал меня. «Агитация» оказалась довольно простой: Вениамин Михайлович попросил прокатиться пять кругов по стадиону. Я прокатился. Тогда он скомандовал: «Бери клюшку – будешь играть!». У него уже занимались Миша Швецов, Толя Сизов, Женька Гингст…
Потом чередой пошли соревнования – районные, городские, областные. Велединский, подтянув ребят с «Вымпела», сформировал сборную, которая участвовала в первенстве Восточно-Сибирской железной дороги, в чемпионате области. Причём играл молодняк не со своими сверстниками, а с мужиками, и это был совершенно другой уровень. Раннее хоккейное взросление здорово пригодилось ребятам, когда они выступали в зональных юношеских соревнованиях, – не было такого случая, чтобы иркутяне не попадали в финал. Ну, а в финальных турнирах, проходивших, как правило, в северных городах – Инте, Воркуте, Мончегорске, тоже не терялись, регулярно пробиваясь в тройку призёров. Там-то иркутского десятиклассника и присмотрели наставники юниорской сборной страны Александр Стриганов и Иван Давыдов.

На тренировке

На тренировке

К тому времени Володя Корытин уже был при команде «Локомотив». Почему «при», а не «в», – требует пояснения. Не сказать, что молодого хоккеиста в команде как-то притесняли: поначалу его просто не воспринимали всерьёз. Поднести клюшки, собрать мячики, раздать билеты, сбегать в магазин – это пожалуйста. А ещё – помочь «уставшим» старшим товарищам добраться до автобуса. Впрочем, кто из начинающих не проходил такой практики в командах мастеров тех лет?!

– Я ещё учился в школе, когда мне выдали форму. Мастерку с надписью «Локомотив» на спине я, кажется, не снимал даже ночью, – Владимир Владимирович и сейчас блаженно улыбается, словно заново переживая минуты той мальчишеской славы. – У меня был мотоцикл «Восход», на котором я рассекал по городу – да ещё и в мастерке, которая являлась пределом мечтаний, наверное, всех мальчишек Иркутска. Наверное, если бы можно было ездить спиной вперёд – чтобы все видели слово «Локомотив»! – я бы так и делал. Это было круто. Думаю, что круче, чем для сегодняшней молодёжи «Бентли». 
Меня только-только начали подпускать к основному составу. Да и то – лишь дома. Получалось, скажу по правде, не очень: как выйдешь на лёд «Труда», такой мандраж начинается – клюшка в руках ходуном ходит. Ни мячик принять, ни обвести соперника. Это я сейчас понимаю, что не хватало тогда уверенности, нахальства, может быть. Велединский, почувствовав моё состояние, сказал: «Никуда не поедешь – не созрел ещё!». Нет – так нет. Команда собралась на выезд, а тут, как на грех, загуляли Кривощёков с Комаровским. Игорь Владимирович Грек приказывает мне: «Собирайся!». А вояж нам предстоял тяжёлый – Кемерово, Свердловск, Первоуральск, Омск. Набралось нас то ли 11, то ли 12 человек. Играем со СКА – 3:6, я два мяча забиваю. Едем в Первоуральск – ничья, один мячик мой. Потом ещё «Юности» пару голов оформил – мы там выиграли 5:1. Кстати, в Омске забавный случай произошёл: перед самой игрой у меня сломался конёк – «стакан», которым лезвие крепится к ботинку. Что делать, где сварку искать? Пошли с администратором в прокатный пункт, что работал при стадионе, взяли более-менее подходящие коньки. А после матча, когда я пришёл сдавать коньки обратно, мне дедок, что сидел в прокатном пункте на выдаче, говорит: «Сынок, ты уж не говори никому, что у меня коньки брал, а то меня с работы выгонят!». 

«Локомотив» едет на матч в автобусе

«Локомотив» едет на матч в автобусе

Вернулись в Иркутск, в аэропорту нас Комаровский встречает. Подходит, – пижонистый такой, шапочка набекрень, – и говорит: «Володя, поздравляю!». Раньше-то, вроде, и не замечал даже. Приятно было, чего скрывать. Стало быть, признали меня за своего. А тут ещё Князьков спрашивает: «Вовка, ты сколько денег получаешь?». «Нисколько…», – отвечаю. После этого стали мне 70 рублей платить, а вскорости – и все 200. Деньги, по тем временам, конечно, сумасшедшие.
В 1978-м Корытину пришёл вызов в сборную – готовиться к юниорскому чемпионату мира в Ульяновске. Наверное, иркутский нападающий и впрямь был в хорошей форме, а может и звёзды так сошлись (версия самого Корытина, не склонного к бахвальству), но выступил он на родине Ленина «громко». В первом матче, с финнами, сборная СССР победила со счётом 5:1, а Корытин записал на свой счёт три мяча. С норвежцами разобрались и того хлеще – 12:1, и девять мячей оказались в копилке иркутянина. Решающий матч со шведами проходил с полным преимуществом наших хоккеистов – скандинавы почти не покидали своей половины поля, однако же, сумели вырвать ничью – 3:3, которая принесла им «золото». Свой гол Корытин забил, но расстроился, конечно, страшно.

– Мы очень хотели выиграть домашний чемпионат, – кажется, он до сих пор сожалеет об упущенной победе в Ульяновске. – Волновались сильно. На открытии, помню, такой холод был, да ещё и с ветром. Наш гимн зазвучал, мы все шлемы поснимали. Когда упустили победу в игре со шведами, было досадно до слёз…
Между прочим, рекорд Корытина – 13 мячей в одном чемпионате мира – не побит до сих пор, хотя и команд в юниорских турнирах сейчас участвует гораздо больше.
– Возвращаться из Ульяновска домой я должен был через Москву. Но потом что-то переиграли, и мне пришлось добираться до Иркутска через Свердловск. Вот там-то я и застрял почти на трое суток – сидел в переполненном аэропорту: то билетов не было, то погода не позволяла вылететь. Словом, на домашний матч опоздал. А матч-то непростой был – с «Енисеем», в составе которого блистал Сергей Ломанов, забивший много голов в главной сборной. Прибыл я домой, естественно, расстроенный, а Елизаров, главный тренер «Локомотива», «поздравил» меня своеобразно: специально, говорит, к матчу не приехал – испугался. И так мне обидно стало: я ведь самому себе хотел доказать, что чего-то стою и во «взрослом» хоккее…
Закончился сезон, и в Иркутск потянулись «покупатели»: возраст-то у Володи Корытина наступил призывной, самый лакомый для армейских клубов. Из столичного «Динамо» пожаловал Шальнов, из Алма-Аты прилетел администратор Тулеков, из Хабаровска – Ханин, из Свердловска – Шварцман: всем хотелось заполучить лучшего бомбардира юниорского чемпионата мира. У парня голова кругом пошла от обилия вариантов. Одно он знал твёрдо – менять клюшку на автомат в ближайшее время ему не придётся точно.
Одноклубники – Борис Хандаев, Леонид Князьков, Слава Говорков – убеждали: езжай в Москву. Будешь в «Динамо» – будешь в сборной. Легко сказать – езжай в Москву! А в том же «Динамо», на всякий случай, – 13 заслуженных мастеров спорта, кого из них сможет выдавить из состава 19-летний мальчишка?! Нет, он не испугался – просто внял совету мудрого Игоря Хандаева. Тот предложил: отправляйся в Алма-Ату – и команда там игровая, и сборы мы всё время на «Медео» проводим, и в сборную оттуда, в конце концов, пробиться не труднее, чем из Свердловска или Хабаровска. Так Корытин стал динамовцем. Вместе с ещё одним иркутянином – Сергеем Семёновым.

СКА (Свердловск) – «Динамо» (Алма-Ата).  В атаке Владимир Корытин

СКА (Свердловск) – «Динамо» (Алма-Ата). В атаке Владимир Корытин

– Надо сказать, состав в Алма-Ате был в то время сильный. Точнее – звёздный: Агуреев, Ионкин, Бочков, Лобачёв, Чехлыстов! – Владимир Владимирович испытывающе смотрит на меня – понимаешь, дескать, куда мы попали и на что могли рассчитывать? Конечно, я понимаю.
– Играть в такой команде почитал бы за честь любой хоккеист Союза. Но надо было как-то в «основу» пробиваться. Скажу честно: нам повезло – сразу несколько ведущих игроков уехали в другие клубы. Случилась так называемая смена поколений, неизбежная для любой команды. Но победные традиции остались. Как и стиль, и игровой почерк команды, и высокие требования ко всем, без исключений, хоккеистам. Приехали мы, помнится, на восстановительные сборы, на Иссык-Куль. Я ещё и не понял толком, как себя вести в новом коллективе. А динамовский ветеран, многое повидавший Яков Апельганец, говорит мне: «Сынок, ты пей. Придёт время – лёд грызть будешь!». Так и получилось: начался чемпионат, и про все вольности мы сразу забыли. После ухода легендарных игроков нам прочили «...надцатое» место, а мы выиграли серебряные медали. Шикарная, я скажу, команда была! 
Из «Динамо» Владимир Корытин, как и пророчил Игорь Хандаев, попал в сборную СССР. И не просто кандидатом, коих обычно набиралось человек под тридцать, а игроком основного состава. На чемпионате мира в Швеции был отнюдь не статистом – в пяти матчах забил три мяча, совсем неплохо для дебютанта.
Между тем, подошёл «дембель». И Корытину, и Семёнову, естественно, стали предлагать остаться в Алма-Ате, но они упёрлись: хотим, мол, домой, в Иркутск.
Родной город встретил их, образно выражаясь, с распростёртыми объятиями. Квартиры дали, машины помогли купить. Да и в «Локомотиве» состав подобрался боевой и, самое главное, практически весь местный. Как говорится, играй – не хочу…

21 ноября 1981 года. «Локомотив» – «Динамо» (Москва) – 2:5.  Владимир Корытин атакует ворота гостей

21 ноября 1981 года. «Локомотив» – «Динамо» (Москва) – 2:5.
Владимир Корытин атакует ворота гостей

– Про ту нашумевшую историю слышал, наверное, весь хоккейный Иркутск. Во всяком случае, – Иркутск начала 80-х. – Корытин надолго замолкает, словно прокручивая заново события 1982-го. – Что сказать? Молодые были, здоровые, видные. Достаточно известные к тому же. Вино, девчонки… Разве сегодняшняя спортивная молодёжь не такая? Да, случилась трагедия – погиб человек. Но нашей вины в том не было: ни мне, ни Вадику Семёнову, ни Игорю Иванову никаких обвинений не предъявили. Говоря казёнными словами, состава преступления не нашли. Но наказать решили по всей строгости – в назидание другим. Так сказать, по общественной линии. Мы были на выезде, в Горьком, когда пришла депеша: Корытина, Семёнова и Иванова от игр чемпионата СССР отстранить. Случилось это, как сейчас помню, 19 декабря. А в начале января мы были уже в прокуратуре, где нам всё объяснили: гуляйте, дескать, ребята, никаких претензий к вам нет. Однако «волна» покатилась: всем троим назначили дисквалификацию – по три года на брата. О каком хоккее можно было говорить, когда по городам и весям разослали бумагу – «за действия, порочащие высокую честь члена сборной команды Советского Союза…». Ну, и так далее, и тому подобное. Оспаривать решение СТК – спортивно-технической комиссии – было бессмысленно: в те годы всё решалось по звонку. Были бы у меня серьёзные покровители – отделался бы условной дисквалификацией и уже через пару месяцев играл бы в хоккей… Словом, надел я кирзовые сапоги и отправился с папой на радиозавод. Вкалывать. Простым рабочим. В первое время заглядывал на тренировки «Локомотива». Игорь Владимирович Грек сказал: «Ты приходи, Володя, занимайся…». Мне же не тренироваться – играть хотелось! Но путь на лёд был заказан…
Он не оправдывается, но и не собирается посыпать голову пеплом – она и без того седая. Жалеет о чём-то? Конечно, жалеет. Прежде всего о том, что прожил в хоккее такую короткую жизнь – всего-то до 24 лет. О том, что не сыграл, наверное, своих лучших матчей за сборную страны и за свой «Локомотив». Что не забил несколько сотен мячей на радость болельщикам.
Он ещё пытался вернуться на лёд по окончании дисквалификации, через три года. Не сложилось – появился в подмосковном «Вымпеле», но так и не заиграл. Не заиграл, как умел, – а по-другому не захотел. Корытин долго привыкал к жизни вне хоккейного поля. Попробовал себя и в роли тренера, и администратора.
– В конце концов, я понял, что ничего лучшего, чем играть в хоккей, делать не умею, – он грустно улыбается. – Наверное, «масло» в голове появилось. Но получилось так, как получилось: когда к другим приходит спортивный расцвет, у меня наступил закат. Нет, жизнь на этом, разумеется, не закончилась – я же настырный. Обосновался в Алма-Ате. Занялся бизнесом, стал консультантом сборной Казахстана по хоккею с мячом. Надеюсь встретиться со многими старыми друзьями на чемпионате мира в своём родном городе, где у меня до сих пор живёт мама…

Владимир Корытин и Игорь Хан- даев.  Воспоминания  о  днях  минувших...

Владимир Корытин и Игорь Хандаев. Воспоминания о днях минувших...

Старый волк иркутского хоккея, Олег Георгиевич Катин, не раз повторял: «Чем выше забираешься, тем больнее падать…». К Владимиру Корытину эти слова не относятся: он высоко забрался, но не упал – просто остановился на полпути. Куда он мог подняться? Кто знает…
Мы идём с ним по бульвару Гагарина и вспоминаем, вспоминаем…
– О, «Бентли»! – неожиданно прерывает наш неспешный разговор Владимир Владимирович, провожая глазами проезжающий мимо лимузин. И нет в его голосе ни зависти, ни восторга. В жизни Корытина уже был свой «Бентли»…

Михаил Климов

Связанные страницы: Владимир Петров, Сезон 1981/82

Печать этой страницы Печать этой страницы
2,288 views