ИГОРЬ ГРЕК: НУ ЧТО – ТЕРРОР?!

Игорь Грек

ГРЕК Игорь Владимирович
Родился 14 мая 1934 года на станции Лесозаводск Приморской области Дальневосточного края. Полузащитник и защитник, тренер. Мастер спорта (1965). Начал играть в 1948 году во Владивостоке в детской команде «Буревестник», затем в юношеских командах «Динамо» – с 1950. Выступал за «Динамо» (Владивосток) – 1955–1957, СКВО (Хабаровск) – 1957–1960, «Луч» (Владивосток) – 1961/62, «Локомотив» (Иркутск) – 1963–1970 (1968–1970 – играющий тренер). В чемпионатах СССР провёл 199 матчей, забил 3 мяча («Локомотив» – 142, 1; СКА – 57, 2). Физически сильный, обладал высокой стартовой скоростью, жёстко действовал в единоборствах, смело выбегал на бьющего при розыгрышах стандартных положений. Хорошо играл в футбол. Выступал правым крайним нападающим за «Динамо» (Владивосток) – 1953–1957, СКВО (Хабаровск) – 1958 и 1959, «Авангард» (Комсомольск-на-Амуре) – 1960, «Луч» (Владивосток) – 1961 – май 1962, «Томич» (Томск) – 1963. Преждевременно завершил футбольную карьеру из-за пренебрежительного отношения к требованиям спортивного режима. 
Тренер (1973/74 и январь – март 1975) и главный тренер (август – декабрь 1974, 1976/77 и 1982–1984) «Локомотива» (Иркутск). Тренер футбольной команды «Водник» (Усть-Кут) – 1970–1973. Тренер школы «Локомотива» (Иркутск) – 1975/76, 1977–1982 и 1984–1986. Под его руководством «Локомотив» стал чемпионом СССР среди юниоров (1981), вторым призёром чемпионата среди юниоров (1982). Умел найти подход к игрокам, старался вникнуть в суть их проблем. Способствовал росту мастерства Н. Ельчанинова, В. Меммы, С. Черняева, С. Шамсутдинова. В школе «Локомотива» принимал участие в подготовке С.И. Лазарева, М. Никитина, В. Семёнова, В. Сухорукова, И. Тихончука. Внёс значительный вклад в развитие хоккея с мячом в Иркутске. Был заметной личностью и как игрок, и как тренер. К каждому своему игроку имел индивидуальный подход, понимал по-человечески, всегда вникал в суть дела. 
Скончался 10 марта 1986 года в Иркутске.

…Тогда, в 1983-м, я ещё не знал, что Грек – это фамилия. Когда впервые увидел этого человека – с волевым подбородком, носом с горбинкой, высоким лбом – то подумал, что национальность. Тем более что и отрекомендовали мне наставника «Локомотива» весьма своеобразно: «Это – Грек! Человек суровый и прямой! Рубит с плеча! Журналистов не жалует! Не боишься?». Вопрос был не праздный – в качестве корреспондента иркутской «молодёжки» мне предстояло лететь в Москву, где «Локомотив» готовился к турниру на Кубок СССР, и, следовательно, общаться с главным тренером команды. По-моему, я не слишком уверенно ответил, и Аркадий Григорьевич Богданов, курировавший в областном спорткомитете хоккей с мячом, – а это он инструктировал меня перед командировкой в столицу – спохватился: «Вообще-то, Грек – мужик хороший. Правильный мужик…».

Игорь Владимирович Грек – личность в иркутском хоккее с мячом неординарная. И это ещё мягко сказано! Пожалуй, нет другого такого представителя многоуважаемого тренерского цеха, который бы вызывал столько противоречивых оценок. Диапазон характеристик был широким: от «отца родного» до «тирана невыносимого». Про его потрясающее чувство юмора ходили байки. Про резкость суждений и поступков – легенды. По прошествии многих лет уже трудно распознать, что из всего, услышанного про Грека, было правдой, а что – вымыслом.
Он был истинным сыном советской спортивной эпохи, когда настоящие мастера проявляли себя всегда и во всем: зимой – в хоккее, летом – в футболе. Играть – так играть, сражаться – так сражаться, гулять – так гулять. Грек успевал везде: был приметным игроком в футбольных дружинах Владивостока и Хабаровска (а болельщики преклонного возраста подтвердят, что пробиться в составы «Луча» или СКА тех лет было ох как нелегко!). Рассказывают, что в молодости Грек мечтал играть в московском «Динамо», но приморские футбольные команды были слишком далеки от столицы, и попасть на глаза именитым тренерам не было никакой возможности.
Хоккейное умение Грек подтверждал в армейских клубах Дальнего Востока и это, разумеется, тоже наложило свой отпечаток на характер и повадки защитника: военные коллективы, где тренеры носили погоны с большими звёздами, не располагали к сантиментам и проявлениям каких-либо слабостей. Ну и, разумеется, приучали к беспрекословному подчинению старшему по званию.
В Иркутск Грека позвал Юрий Галето, с которым они вместе играли в футбол на Дальнем Востоке. На новом месте 28-летний защитник и сделал свой окончательный выбор, связав судьбу с хоккеем. Надо полагать, он быстро вписался в коллектив, где понятия надёжности, смелости и самоотверженности сливались в одно ёмкое слово – «мужик». Когда в «Локомотиве» играли братья Хандаевы, Протасов, Рыбин, Терентьев, другие там не могли прижиться по определению. Игорь Грек сыграл за команду железнодорожников почти полтораста матчей и снискал себе славу жёсткого, цепкого и непроходимого защитника, готового умереть на поле, но не дать себя обыграть. Однако это вовсе не значило, что он выступал в роли примитивного разрушителя – штрафных минут набирал обычно не больше других, да и в созидательных действиях был не последним человеком. Высокая стартовая скорость, выносливость и физическая мощь (легко мог стряхнуть с себя пару соперников!) позволяли ему без устали «пахать» на поле весь матч. А волевые качества защитника «Локомотива» (к слову, при необходимости он с успехом мог сыграть и бортовика) особо подчеркивали все, без исключения, хоккеисты, которым доводилось выходить на поле вместе с Греком. Уже потом, став главным тренером команды мастеров, он мог простить своим подопечным всё что угодно, но только не слабохарактерность или, боже упаси, трусость.
…Тогда, в Москве, мы сошлись с Игорем Владимировичем, что называется, вживую, и за две недели я узнал его гораздо больше, чем за всё предыдущее заочное знакомство. Помнится, уже на первом кубковом матче – а играли мы в «Олимпийском» – он, увидев меня в коридоре у дверей раздевалки, даже не спросил – скомандовал: «А ты чего здесь стоишь? Заходи, у нас от тебя секретов нет!». А потом, в присутствии всех игроков, громко, чтобы все слышали, объявил: «Смотрите – из Иркутска журналиста специально прислали, чтобы он рассказал, как мы геройски играем!». Уж сколько лет прошло с тех пор, а я по-прежнему с благодарностью вспоминаю «презентацию», что устроил мне в команде Грек. Скажу честно: за долгие годы работы в спортивной журналистике бывать в святая святых всех команд, раздевалке, да ещё во время матчей, мне доводилось чрезвычайно редко – у Игоря Грека, у Сергея Лихачёва времён серебряной «Сибсканы», да ещё у Сергея Муратова в лучшие годы футбольной «Звезды». Эти люди прекрасно понимали, что хлеб журналистов ничуть не слаще, чем у них, и, как могли, помогали мне вникнуть во все нюансы игры. И самое главное, они не боялись выглядеть в глазах постороннего человека (кем считает репортёров большинство современных тренеров) некомпетентными или несолидными, не подбирали отфильтрованных слов «для прессы» и не делали военной тайны из своих тренерских установок. Грек в этом плане был неподражаем!
…Играем в «Олимпийском» со свердловским СКА. После первого тайма «летим» армейцам штук шесть или семь. В перерыве в раздевалке – гробовая тишина. Кто-то правит камешком лезвие конька, кто-то молча прихлебывает из стакана чай, приготовленный врачом Славой Ветровым. На Грека стараются не смотреть. Он, как тигр в клетке, ходит по раздевалке из угла в угол. Неожиданно останавливается передо мной и, едва сдерживая себя, выдает монолог: «Нет, ты видел, что они творят?! Разве это команда?! Разве это мужики?! Ты напиши об этом, обязательно напиши – пусть болельщики всё знают!». Серёга Семёнов что-то пытается возразить: «Игорь Владимирович, я говорил, что надо было…». Он не успевает закончить фразу, как Грек взрывается: «Молчать! Он, видите ли, говорил…».
Продолжение следует уже в автобусе, после матча, в котором мы проиграли 1:11. Уже на подъезде к черкизовской базе «Локомотива» главный тренер громко, чтобы все слышали, обращается ко мне: «Мишаня, ну, как же нам сегодня с тобой не выпить?! Стыдоба-то какая! Это с них, как с гуся вода…».
В педагогическом арсенале Грека было множество приёмов, от которых, право же, можно было и плакать, и смеяться. В том же «Олимпийском», на самой верхотуре, размещался бар, в который пускали только участников кубковых соревнований да обслуживающий персонал – судей, секретарей, чиновников федерации. Ассортимент в баре был соответствующий – бутерброды с икоркой, балычок и прочие деликатесы, диковинные даже для Москвы – не то что для Иркутска. Как-то перед матчем ребята успели заглянуть в бар и купить конфет – по паре коробок «Птичьего молока». Кому-то, естественно, не хватило. В раздевалке Грек, как обычно, «заводит» подопечных. Обращаясь к Шарову, хитро щурится: «Витя, ты чего такой грустный? «Птичьего молока» не досталось? Забьёшь сегодня три мяча, я тебе свою коробку отдам! Все слышали?». И отдал бы – я в этом ничуть не сомневаюсь, только Шарик забил в том матче всего два мяча…

Игорь Грек даёт указания Михаилу Швецову

Игорь Грек даёт указания Михаилу Швецову

Шутки шутками, но умел Игорь Владимирович найти подход к любому хоккеисту. Я даже порой терялся в догадках, какой он всё-таки, этот Грек на самом деле – тот, что громовым голосом устраивает разнос своим подопечным, не выбирая выражений, или тот, что терпеливо, по несколько раз, втолковывает игроку его задачу и совсем по-отцовски прощает ошибки? Так до конца и не понял, кстати. Иногда его нарочито ласковый голос был жёстче сурового нагоняя (армейская школа, как-никак!). Заходит, например, Игорь Владимирович в комнату к молодым хоккеистам и говорит одному из них: «Андрюшенька, я вот давеча заглядывал к вам, так ты сидел в кресле и разглядывал большой палец правой ноги. Два часа прошло, а ты даже позу не поменял… Ты посмотри, Андрюшенька, какие здесь в парке аллеи, какой воздух замечательный! Может, тебе побегать немного или штангу в зале потягать?». Надо ли говорить, что такие подначки тренера действовали куда как эффективнее приказов?! А ещё рассказывали, что однажды на тренировке – дело было на запасном поле иркутского «Локомотива» – Грек предложил своим игрокам пари: кто быстрее пробежит от одного края поля до другого. На коньках, естественно. Только хоккеисты были в форме, а он – в полушубке (старые болельщики помнят его – черный, крытый кожей). Говорят, что Игорь Владимирович многих обогнал, – уж не знаю, правда это или вымысел, но ничуть не удивлюсь, если именно так оно и было.

Вряд ли найдётся хоть один игрок «Локомотива» начала 80-х, который бы не испытал на себе суровый нрав тренера. При этом все, кто играл под его началом, сходились во мнении – зря Грек никогда и ни на кого не «наезжал». Ну, а коли провинились, – получали по полной. В такие моменты Игорь Владимирович появлялся перед народом и ни к кому не обращаясь конкретно, произносил сакраментальную фразу: «Ну что – террор?!». И капитулировать уже не было никакой возможности.
А ещё он не умел врать. Ну, или лукавить, дипломатично обходя «острые углы» и неудобные темы. Валерий Афанасьевич Токмаков, который в своё время работал в «Локомотиве» – начальником команды вместе с Греком, вспоминает: «В 84-м вызывают нас на пару в обком партии, к самому Василию Ивановичу Ситникову. Мы уже знаем, что разговор пойдёт об атмосфере в команде, о дисциплине. Договариваемся с Игорем заранее, что, по мере возможности, выносить на высокий суд наш негатив не будем. Если что, покаемся: виноваты, дескать, не доглядели, – больше такого не повторится, и так далее. Чуть ли не отрепетировали речи. Поговорили с первым секретарём, человеком, как известно, «хоккейным», вполне нормально, можно даже сказать – душевно. А напоследок Василий Иванович возьми да спроси: а что, мол, пьянки-то в команде на самом деле были? Я даже рта не успел раскрыть, как Грек выпалил: «Были!». Дальше можно было не продолжать…».
Что удивительно, при всей своей суровости и внешней неприступности Игорь Владимирович легко ладил с молодыми хоккеистами, которые, наверное, были более нежными натурами по сравнению с «бандитами» из «Локомотива». Под его руководством юниоры «Локомотива» становились чемпионами Центрального совета спортобщества железнодорожников, да и в самой иркутской школе Грек был для пацанов не Карабасом-Барабасом, а своим в доску Игорем Владимировичем, с которым можно было и про учёбу, и про семью поговорить без опаски, что может попросить «привести родителей». Он, кстати, не гнушался никакой черновой работы: надо было – тренировал мальчишек, отправляли в Усть-Кут – и туда ехал безо всяких лишних вопросов, на помощь к Юрию Эдуардову. Давали команду мастеров принять (а случалось это три раза – больше в одну и ту же реку входил, пожалуй, только навечно прикованный к иркутским галерам Олег Катин) – без сомнений впрягался и в этот неблагодарный воз.

Игорь Грек

Игорь Грек

Ему не раз советовали: Игорь Владимирович, мягче надо быть, гибче. Тогда и жить будет легче, и врагов – меньше. А он, по простоте своей душевной, посылал всех таких советчиков куда подальше. И работал. Просто работал, потому что был безгранично предан хоккею. И наивно верил, что все должны относиться к своему делу именно так – безоглядно и самоотверженно. Возьму на себя смелость утверждать, что Грек был одним из последних «матросовых» русского хоккея, для которых бросок на амбразуру был не подвигом, а делом чести.
Георгий Иннокентьевич Губин, долго работавший врачом сборной команды СССР по хоккею с мячом, рассказал мне: «Даже в самые лютые морозы Игорь Грек не изменял своей привычке – весь матч стоял у кромки поля в полуботинках. Говорил, что отморозил ноги, ещё выходя на лёд в качестве игрока». Лукавил Игорь Владимирович – войдя в игру, он забывал обо всём на свете. Потому (это я понял уже позже, когда сурового и абсолютно нетитулованного тренера не стало), что хоккей был его жизнью. Даже не частицей, как принято говорить, – а всеобъемлющим целым.
…Провожая меня из Москвы в том памятном 83-м, Игорь Владимирович сказал: «Ты сильно не ругай их, дурачков, у них впереди – целая жизнь, карьера. Критикуй меня – я за всех в ответе…».
В 1984-м Грека отправили в отставку. Как тренера, не обеспечившего дисциплину в команде и не выдавшего высокого результата. В марте 1986-го, как раз после завершения в Иркутске Международного турнира по хоккею с мячом на приз газеты «Советская Россия», Игоря Владимировича Грека не стало. К сожалению, я узнал об этом намного позже.
И вот что поразительно. Едва ли не все хоккеисты, выступавшие за «Локомотив» в конце 70-х – начале 80-х, на вопрос, кто, по их мнению, был лучшим тренером, отвечают однозначно: «Грек!». На вопрос, почему они так считают, ей-богу, говорят практически одинаково: «Потому что был настоящим мужиком!».
Стало быть, за настоящего мужика?!

Михаил КЛИМОВ

Связанные страницы: Сезон 1978/79

Печать этой страницы Печать этой страницы
1,977 views