ВАСИЛИЙ КАРЕЛИН: ТЕРПИ, УЧИСЬ, РАБОТАЙ!

Василий КарелинКАРЕЛИН Василий Александрович
Родился 24 февраля 1971 года в пос. Мама Мамско-Чуйского района Иркутской области. Защитник, тренер. Мастер спорта России (1996). Начал играть в 1980 году в Иркутске в детской команде «Рекорд», с 1985 года – в школе «Локомотива». Выступал за «Локомотив» (Иркутск) – 1988/89 и январь – март 1992, «Энергию» (Свирск) – 1989/90, «Лесохимик» (Усть-Илимск) – 1990 – январь 1992, «Сибскану» – 1992–2003, «Зенит» (обе – Иркутск) – 2003/04, «Металлург» (Шелехов) – 2005–2007 (играющий тренер). В чемпионатах страны провёл 283 матча, забил 4 мяча. Второй (1998) и третий (1995 и 1999) призёр чемпионатов России. Победитель Спартакиады народов РСФСР 1989. Чемпион СССР среди юношей 1987. Победитель (1990), двухкратный серебряный призёр (2006, 2007) первенства России среди клубов первой лиги. Чемпион I Молодёжных игр (1989). Обладатель Кубка лесников (1995).
Цепкий и работоспособный, отличался высокими бойцовскими качествами, умело выбирал позицию для отбора мяча, всегда играл самоотверженно, с полной самоотдачей. В «Сибскане» особенно успешно взаимодействовал с В. Донских и Ю. Никитиным. По завершении карьеры хоккеиста работал редактором спортивных программ Иркутской ГТРК. Тренер школы «Металлурга» (Шелехов) – 2004–2007. Старший тренер «Сервико-Байкал-Энергии» – 2007/08, тренер «Байкал-Энергии» – июль 2008 – май 2012. С 2012 г. – начальник футбольной команды «Байкал» (Иркутск). Тренерские достижения: победа «Байкал-Энергии» в международном турнире Sportservice Reebok Jofa Cup (2009).
Живёт в Иркутске.

– Ну, что, коллега, пожалуй, начнём? – я включаю диктофон, и мой собеседник, Василий Александрович Карелин, начинает неспешный рассказ о своей хоккейной биографии. Насчёт коллеги – это я не пошутил: бывший защитник, имеющий за плечами гроссмейстерский хоккейный стаж, с полным основанием может причислять себя и к профессиональным журналистам – в начале 2000-х работал редактором спортивных программ Иркутской государственной телерадио компании. Впрочем, о корпоративных делах – чуть позже. Сначала, понятное дело, – о хоккее. Который нас, собственно, и познакомил много лет назад.

– Начиналось всё, как и у большинства моих сверстников, с дворового хоккея, – издалека заходит Василий Александрович. – Рос я на «Синюшке», далеко не в самом элитном микрорайоне Иркутска. Хулиганом не был, но и маменькиным сынком – тоже. Во всех спортивных баталиях участвовал непременно: летом – в футбольных, зимой – в хоккейных. Играли мы, по-моему, непрерывно: двор – на двор, класс – на класс. При этом меня часто брали в свою компанию старшие ребята – на коньках старший брат Миша научил меня кататься ещё до школы, да и клюшкой владел неплохо. В классе, наверное, во втором пошёл записываться в секцию на стадион «Рекорд» – в полной уверенности, что меня, такого ловкого и спортивного, обязательно возьмут в хоккей. Однако там огорошили: сказали, что мал ещё для хоккея – приходи, дескать, когда 12 стукнет. Обиделся я, помнится, сильно. Жаловаться никому не стал и поехал на «Локомотив» – попытать счастья там. Но и на «Локомотиве» ждал «облом»: Всеволод Иванович Белый, посмотрев на новичка, вынес свой приговор – рано, подрасти надобно. Разозлился я ещё больше – пошёл, куда глаза глядят. А глаза мои «наткнулись» на соседнюю дверь с надписью «Специализированная школа по конькобежному спорту». Вот там меня и приняли безо всяких разговоров.
На следующее лето юный конькобежец Вася Карелин отправился со своей школой в спортивный лагерь в Шаражалгай. А в лагере том как раз тренировались мальчишки из хоккейной школы «Локомотив». Смотрел Вася на них и завидовал белой завистью: вот где настоящая жизнь – целый день играть можно, не то что бегать всё время по кругу!
Словом, к зиме он созрел до третьей попытки записаться в хоккеисты (вот настырный!). Снова пришёл на «Рекорд» и выложил свои козыри: во-первых, подрос, во-вторых, – целый год бегал на коньках. И, главное, очень хотел играть в хоккей – тренеры, видимо, уже поняли, что просто так от этого паренька не отделаться. Разумеется, теперь уже никто устоять не мог: правда, мальчишек его года – 1971-го, в школе пока не было, и Карелина определили в группу постарше – 1969–1970 годов рождения. А он и не сильно расстроился – играть со старшаками ему было не привыкать. Даже когда собрали группу младших ребят, тренировал которую Сергей Иванович Сарапулов, Вася продолжал выступать за два возраста – не тушевался и среди подопечных Валерия Тимофеевича Миронова.
С пятого класса Карелин, можно сказать, приобщился к «серьёзному хоккею» – выиграл со старшими чемпионат области. И – закрутилосьзавертелось: Иркутск – Черемхово – Слюдянка – Шелехов – Усолье. Конечно, не Москва – Стокгольм – Осло (это будет потом, гораздо позже!), но для 12-летнего пацана и эти вояжи казались пределом мечтаний. Позицию защитника он застолбил за собой сразу и окончательно: даже «крупногабаритным» нападающим соперника редко удавалось пройти своего младшего оппонента.
Сказать, что Вася Карелин тренировался усердно – значит, сказать очень мало. Он буквально жил хоккеем – и это вовсе не преувеличение. Прибежав из школы, наскоро обедал, делал вид, что расправился с домашним заданием, и бежал на «Рекорд». Даже не бежал – катился: семья Карелиных жила рядом со стадионом, Вася надевал коньки дома, съезжал с горки и оказывался на катке. Там и проходила его «разминка» – на пару часов. Тренировка начиналась в пять вечера, а после мальчишек нельзя было выгнать со льда. Короче говоря, домой он добирался уже потемну, часов в девять вечера – где ползком на коленках, где ковыляя на подгибающихся от усталости ногах.
– А на следующий день повторялось то же самое, – улыбается Василий Александрович. – Мы были какими-то неутомимыми: казалось, разреши нам тренироваться круглосуточно, – никто со стадиона не уйдёт. К тому же и амуницией своей мы занимались сами. Для меня не было проблемой проклеить клюшку, обмотать её сыромятиной (разбивались о лёд они очень быстро). Сам мастерил щитки – из жести и поролона, добытого у отца в гараже. Родители, видя моё усердие, помогали, как могли. Мама где-то в ателье заказала вязаные гетры, но когда я стал их примерять, они зацепились за острые края щитков и распустились – я чуть не расплакался от досады. Коньки, настоящие «ботасы», батя покупал на два размера больше – на вырост. Наверное, надеялся, что хоккей я ни за что не брошу. Да это и без того было видно, как говорится, невооружённым глазом…

20 января 2002 года. «Сибскана» – «Енисей» – 2:4.  Василий Карелин опережает Сергея Бурлакова

20 января 2002 года. «Сибскана» – «Енисей» – 2:4.
Василий Карелин опережает Сергея Бурлакова

Васина «битва при Ватерлоо» состоялась, когда ему было четырнадцать – его «Рекорд» играл с «Локомотивом» Бориса Баринова, и ребята из специализированной школы, по сути, ходившие «под мастерами», выиграли с огромным трудом. После матча Борис Фёдорович позвал Карелина к себе. С новой командой он съездил в Кемерово на турнир Ракитянского и выглядел там, судя по всему, очень даже надёжно. В «Локомотиве» Василий почувствовал себя совсем своим, тем более что ему уже выдали новенькую форму – шлем, перчатки, щитки, налокотники и всё такое. Но в «Рекорде», напирая на патриотические чувства, всё-таки уговорили ещё ненадолго остаться. Словом, пришлось Васе разрываться на части – выступал за свою прежнюю команду, а тренироваться ездил с новой. Каждый день – в Ново-Ленино, туда и обратно, с пересадкой. Втиснуться в рейсовый автобус на Джамбула с баулом и клюшкой было практически невозможно. Иногда приходилось ехать так: сам – в автобусе, приплюснутый к дверям, клюшка и сумка – на улице. Но как-то ухитрялся приезжать на тренировки без опозданий.
А потом Баринов сказал Васе: «Всё, хватит воевать на два фронта, переходи ко мне!». На «Рекорде» его уход восприняли, естественно, в штыки: называли предателем, а Сергей Иванович Сарапулов даже не разговаривал. Потом, правда, всё утряслось, и «повышение» Карелина расценили как должное.
У Бориса Фёдоровича всё было по-взрослому: занятия – по книжкам да конспектам, каждое расписано до мелочей. Перед тренировками он втолковывал своим подопечным – что, как и зачем делать. Поначалу мальчишкам заумные лекции наставника представлялись чем-то ненужным и даже забавным. Уже потом, много позже, играя на профессиональном уровне, они поняли, насколько прав был Баринов: некоторые хоккеисты ничего подобного после даже не слышали.
С Бариновым Василий Карелин завоевал свой первый титул – чемпиона Советского Союза среди юношей. В Усть-Илимске наш «Локомотив» «на зубах» вытащил матч с кировской «Родиной» – 3:2, а затем не «отпустил» ни одного соперника. Та команда, по мнению Карелина, была сильна, прежде всего, своей сплочённостью и боевым духом: все были равны, даже Женька Гришин, чья звезда взойдёт раньше всех, ничем не выделялся – отрабатывал свой хлеб на правой бровке. «Локомотив» 1971 года рождения в конце восьмидесятых стал в советском хоккее весьма заметным явлением.
Во взрослый «Локомотив» Василий попал в 16 лет. Прямо с тренировочных сборов в Байкальске его, Димку Полякова и Лёшку Баженова «выдернули» в Алма-Ату, где команда Анатолия Лысенко и Евгения Выборова готовилась к Кубку СССР. Старожилы «Локомотива» – Сергей Семёнов, Михаил Швецов, Владимир Петров, Виталий Похоев, Сергей Березовский – встретили молодёжь сдержанно: не сказать что с распростёртыми объятиями, но и без лишних «наездов». К тому же всех новобранцев взял под своё крыло непререкаемый авторитет – капитан команды Михаил Никитин.
– Свой дебют перед иркутскими зрителями я помню в мельчайших подробностях, – рассказывает Карелин. – Мы принимали на «Труде» свердловский СКА, в то время – чемпиона страны. Все молодые, человек десять, как водится, стайкой стояли в стороне – в одеялах, без особой надежды на участие в матче. Виталий Похоев играл с повреждением, а тут ещё Вася Донских получил травму – его «скорая» увезла. Катин кричит мне с «биржи»: «Карелин, выходишь вместо Донских левым защитником!». Я даже не вышел – пулей вылетел на лёд: матч доигрывали в паре с Сэмом – Сергеем Семёновым. Хотя и «попали» Свердловску мяча три, ничего страшного я, вроде бы, не натворил – ребята даже похвалили за то, что не испугался…

22 ноября 2003 года. “Сибскана-Энергия” – “Металлург” – 8:2.  Василий Карелин в борьбе за мяч

22 ноября 2003 года. “Сибскана-Энергия” – “Металлург” – 8:2.
Василий Карелин в борьбе за мяч

В 1989-м дружина Баринова выиграла соревнования Спартакиады народов РСФСР в Березниках, переиграв в решающем матче сверстников из свердловского СКА – гренадеров, которых готовили «под» Красную армию. Вася Карелин в паре с Димой Поляковым весь турнир отыграл, что называется, на одном дыхании. И вовсе не случайно цепкий крепыш из «Локомотива» вскоре попал «на карандаш» тренерам юношеской сборной Союза.
Со сборной Василию фатально не везло: дважды его вызывали на тренировочные сборы, но перед самыми чемпионатами без объявления причин отцепляли из команды. Даже после международного турнира в «Олимпийском», когда наши юниоры дали бой национальным сборным СССР и Финляндии, а также «молодёжкам» из Швеции и Норвегии. Впрочем, Карелин воспринял это философски, держа в уме девиз Баринова: терпи, учись, работай! А ещё он на всю жизнь запомнил непередаваемое чувство, которое возникает у человека с буквами «СССР» на свитере при звуках Государственного гимна.
Он всегда хотел играть – не номинально числиться в основном составе, а постоянно выходить на лёд. Если кого-то из сверстников Карелина и устраивала «жизнь на лавке», в глубоком тылу, то его самого – ни в коей мере. Именно по этой причине и оказался Василий в 1988-м в Свирске. «Похлопотал» Катин: старый хоккейный волк мудро решил, что Карелину и иже с ним лучше пообтесаться среди суровых мужиков первой лиги, чем ждать своей очереди у кромки поля, в попонке (можно ведь так никогда и не дождаться!). Олег Георгиевич поговорил с Михаилом Ананьевым, и вскоре Карелин, Александр Шипилов, Олег Проявин и Николай Верхозин были уже в «Энергии» – постигали жёсткую прозу провинциального хоккея.
К слову, Карелин, словно «универсальный солдат», готов был встать под ружьё любой команды – лишь бы доверяли и не «мариновали» в запасе. Когда подошло время служить в армии, Василий через спортклуб был приписан к усть-илимскому «Лесохимику». Северяне, выступавшие в буферной зоне первой лиги, были укомплектованы весьма солидно: помимо Карелина в команде играли Малетин, Негрун, Галанин, Разумов. Покатались тогда по всей стране – и других посмотрели, и себя, между прочим, показали – заняли четвёртое место. Дело, конечно, не в месте – в школе, которую молодёжь прошла без всяких скидок и поблажек. После такой стажировки путь у ребят был один – в основу «Локомотива». Правда, попали они, что называется, из огня да в полымя: команда Катина заняла в том сезоне 14-е место, и право остаться в высшей лиге пришлось отстаивать в переходном турнире.
С Катиным у Карелина связаны разные воспоминания – от трагикомичных до пафосных. Как-то приехал «Локомотив» в Кемерово. Накануне матча с «Кузбассом», на тренировке, открывает Вася сумку и обнаруживает, что там нет… игровой майки. Что может чувствовать в такой ситуации молодой новобранец? Ясное дело – панику, ужас…
– Мне даже страшно подумать было, как я скажу Георгиевичу об этом, – сейчас Василий Александрович вспоминает об этом с иронией, а тогда ему было явно не до шуток. – Я – к Никитину: «Михал Михалыч, выручай!». Он говорит: «Ты пока Катину ничего не говори, что-нибудь придумаем». Позвонили Леониду Александровичу Князькову в Иркутск. Он нашёл майку, отправил её с летчиками в Кемерово. Только самолёт не поспевал к началу игры. Наш администратор Сергей Калинкин пошёл к своему кемеровскому коллеге Владимиру Силиванову, и тот взял майку у Игоря Тараканова – желтую, похожую на нашу. Заклеили название – «Кузбасс», нарисовали – «Локомотив», фамилию, номер. Надо было «сдаваться» Катину. Я снова к Михалычу: «Олег Георгиевич меня убьёт!». Ну, наш капитан с подходом к главному тренеру: «Олег Георгиевич, у нас маленькая проблемка, но мы её уже решили!». Катин, как водится, сделал мне замечание (ох, как изящно он умел это делать!), а закончил фразой: «Лучше бы ты голову дома забыл!». С тех пор стараюсь «голову» всегда носить с собой… А, вообще, Олег Георгиевич преподал нам столько жизненных уроков! Мне он был, в самом деле, как отец (они с батей даже одного года рождения!) – прежде всего, научил, что ни в какой, даже безнадёжной, ситуации сдаваться нельзя.
Потом началась эпоха «Сибсканы». Как и многих игроков «серебряной» команды, я спрашивал Василия Александровича, в чём, на его взгляд, заключался секрет того хоккейного бума. На первое место он поставил сплочённость игроков и командный дух. Который, кстати, во многом определялся капитаном – Михаилом Никитиным (потом это «по наследству» передалось Василию Донских). В те годы был создан коллектив, объединивший не только хоккеистов, но и их семьи – жён, детей.
– У нас сложилась настоящая семья, – с теплотой говорит Карелин. – Все домашние ходили на хоккей, ездили с нами на сборы. Кстати, там у меня все домашние и приобщились к горным лыжам – и обе дочки, Аня и Полина, и жена Наташа. Помнится, Сергей Евгеньевич Лихачёв, когда пришёл в «Сибскану», на первые сборы в Байкальск запретил нам брать семьи. А потом всё-таки понял, что это идёт только на пользу всем. Мы купались, катались на лодках, жарили рыбу на берегу Байкала. И тренировались, естественно, с другим настроением. Да и на льду потом стояли горой друг за друга. Наша команда процентов на 70 состояла из местных хоккеистов. А это значило, что на домашние матчи «Сибсканы» приходили родственники, друзья, знакомые, родственники друзей и знакомых – и так далее, по цепочке. Слыханное ли дело – в Иркутск ехали полные автобусы болельщиков из Ангарска, Усолья-Сибирского, Черемхово! По моему глубокому убеждению, в России не было в то время команды, которую мы не могли бы обыграть! На «Труде», случалось, хватало 15–20 минут, чтобы «порвать» соперника…
Взлёт «Сибсканы» Василий Александрович связывает и с работой нового главного тренера – Лихачёва.
– Несмотря на то что мы заняли в чемпионате 14-е место, команда у нас всё-таки была добротная. – Василий Александрович оценивает те события уже с позиции тренера. – Сергей Евгеньевич пришёл с новым видением игры, со свежими идеями, с современными взглядами на стратегию и тактику хоккея. При всём уважении к Олегу Георгиевичу Катину, замечу, что он был всё-таки представителем старой школы, а в отечественном хоккее уже назрели перемены. Вообще, я безмерно благодарен всем наставникам, с которыми мне довелось работать. Про Бориса Баринова, Олега Катина и Сергея Лихачёва я уже сказал. В этот же ряд я, безусловно, поставлю и Юрия Лахонина. С его уровнем мастерства нам, 30-летним, он казался инопланетянином! Он так филигранно обращался с клюшкой и мячом, показывал нам такие упражнения, которых мы сроду не видели. На все вопросы, как ему это удаётся, он отвечал: «Это же элементарно!». Представьте картину: Лахонин катится по радиусу и, не доезжая метра до лицевой линии, бьёт в дальнюю девятку. Попадает 8 из 10! А в воротах, между прочим, – Лёня Негрун, которому просто так не забьёшь!
С большим хоккеем Василий Карелин распрощался в 2003-м. И вовсе не по «старости» – замучили травмы, особенно давала жару спина. Он с детства не привык кому-то жаловаться – со своими проблемами всегда старался справиться сам. Даже когда врачи рекомендовали ему «завязать» с хоккеем и поберечь позвоночник, упёртый Карелин продолжал выходить на лёд. Потому что был нужен команде.
– В некоторых матчах мне давали отдохнуть, но только – не в принципиальных, с «заклятыми друзьями», красноярцами и кемеровчанами. – Василий Александрович говорит это не без гордости (имея, мне кажется, полное на это право!). – Как-то на Кубке, перед игрой с «Кузбассом», зашёл в номер Выборов – я в кровати, со спиной маюсь. Посмотрел на меня Выборов, помолчал, и даже не приказывает – просит: «Надо, Вася, потерпеть!». А что такое «надо», наше поколение хоккеистов понимало очень хорошо. Доктор ставил мне блокаду, и я выходил на лёд. В то время мне очень помогла Екатерина Петровна Фогель, которая занималась с нами физподготовкой. По её рекомендациям я «закачивал» мышцы спины – выполнял упражнения по 100, по 200 раз: стиснув зубы, чуть ли не со слезами на глазах, превозмогая боль.

Василий Карелин (справа) и Александр Шишкин во время церемонии  проводов из хоккея

Василий Карелин (справа) и Александр Шишкин во время церемонии
проводов из хоккея

Я не стал мучить Карелина заумными журналистскими вопросами о жизненном кредо или, другими словами, – о его главном принципе существования в этом мире. Потому что «вычислил» всё задолго да нашей с ним беседы, а потом ещё и укрепился в правильности своего предположения. Мне кажется, что ключевым в жизни Василия Александровича, мастера спорта и просто надёжного мужика, является слово «сам». Он сам выбирал для себя любимое занятие, которому отдал потом столько лет. Сам пробивался в хоккейную элиту страны. Сам боролся с недугами – как физическими, так и душевными, в которые, кстати, посвящал только очень близких людей. Сам решал, когда стоит сказать себе «Стоп!». Один из немногих сам пережил «постспортивный» кризис – определился со своим будущим.
– В своё время я окончил иркутский техникум физкультуры, но решил, что этого образования будет маловато, – Карелин, мне кажется, и в молодости был таким же мудрым, как сейчас. – Решил поступать в Омскую академию физкультуры. Сдал экзамены, немного не повезло – сочинение подвело.
На следующий год – новая попытка, помешали обстоятельства: надо было ехать на сборы. В клубе потом спрашивали: «Почему нам ничего не сказал?!». А он упрямо гнул своё – я сам! Академию Карелин всё-таки покорил, а потом ещё – иркутский «нархоз», менеджмент и экономику на транспорте. Правда, учиться в «нархозе» помогал уже клуб – тогдашний президент «Сибсканы» Владимир Матиенко сказал: учитесь, ребята, пока есть возможность, – клуб оплатит все расходы. Но тонкости экономики Карелин всё равно постигал сам – безо всяких поблажек и «академов»…
Зато в журналистику Василий попал «по блату» – на телевизионный экран его вывела спортивный репортёр Татьяна Соловьёва, которая много раз, на пару с оператором Юрой Андрещуком, ездила с командой в разные города России. Ну, а если серьёзно, то и в журналистике Карелин «играл» самостоятельно и по правилам: работал, учился правильно говорить и масштабно мыслить. Скажу авторитетно: получалось. Сам видел. И если бы не «ветры перемен», выдувшие из регионального телевизионного эфира все спортивные программы, Василий Александрович, вполне возможно, радовал бы нас спортивными новостями до сих пор.
Он ещё поиграл в хоккей после расставания с «Сибсканой-Энергией». Но даже в первой лиге – в иркутском «Зените» и шелеховском «Металлурге» – оставался тем Карелиным, которого привыкли видеть переполненные трибуны стадиона «Труд», – надёжным, уверенным, спокойным. И, вместе с тем, – азартным, заводным, задиристым, не умеющим проигрывать.

Василий Карелин на тренировке. Уже в роли тренера

Василий Карелин на тренировке. Уже в роли тренера

С хоккеем его разлучила болезнь. Два месяца на больничной койке, четыре операции под общим наркозом – как вынести такое? Он вернулся домой с седой головой. Прошёл у известного спортивного медика Витольда Сивохова тестирование и услышал неутешительный вывод: «У тебя состояние – как у 70-летнего старика. Показатели – не просто низкие, они ушли в минус…».
Он снова справился с болячками. Сам. А ещё – с помощью семьи и друзей. Жена Наташа, медик по профессии, была для него и сиделкой, и домашним врачом, и психологом. И он всё-таки вернулся в хоккей – правда, уже не в качестве игрока, а в роли тренера. Не зря же у него были такие учителя…
…В дни, когда ему предстоит снова выйти на лёд, теперь уже в составе хоккейной команды ветеранов, Карелин ходит радостно-возбуждённый. На вопрос, выиграет ли его команда, Вася неизменно отвечает: «А как же!».

Михаил КЛИМОВ

Связанные страницы: Сезон 1994/95

Печать этой страницы Печать этой страницы
2,582 views